Эту историю давно, теперь уже в очень далёком моём детстве, рассказывал моему отцу его приятель, бывший “десятитысячник”. Так называли тех рабочих-коммунистов, которых партия большевиков направляла в деревни для организации и поддержки колхозов. И вот этому десятитысячнику в одной из “околхоженных” деревень очень понравилась председатель местного сельского совета. Это была статная по самым строгим, классическим меркам, русоволосая, с тугой длинной косой молодая женщина, пройти мимо которой для нормального мужчины было просто противоестественно. Наш герой влюбился и постоянно искал подходы к ней, но жизнь нового колхоза протекала так интенсивно, что в пространстве вокруг председательши не находилось и минутки, не заполненной другими людьми. Но счастлив тот, кто умеет ждать подходящий случай. И вот однажды судьба смилостивилась и распорядилась так, что наш влюблённый и председательша остались одни на колхозном гумне. Медлить было нельзя, и бывший питерский рабочий и коммунист со стажем не растерялся. Он схватил председательшу в охапку и повалил на ворох соломы. Опешившая от натиска и изумления председательша сначала не сопротивлялась и почти дала себя раздеть.
Но вдруг очнулась и, оттолкнув наседавшего поклонника, вскричала:
“Как вы смеете, я же коммунист”. Неудачливый Ромео вскочил и побежал прочь, на ходу застёгивая спадающие штаны. А вслед ему неслось: “Ну, куда же вы?”. Но было уже поздно.
***
Там, где отсутствует любовь,
Там вечно пусто, грустно, стыло.
Крови, струящейся уныло,
Там не согреет страстью кровь.